Dragon Age: A Story Being Told

Объявление

Добро пожаловать

Приветствуем Вас на проекте Dragon Age: A Story Being Told! Наши приключения разворачиваются в 9:42 Века Дракона, после победы над Корифеем. Для нас важно сохранить атмосферу мира Dragon Age и мы очень внимательны к Кодексу, который ей сопутствует. Несмотря на это, здесь мы создаем собственную историю и приглашаем Вас присоединиться.

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Palantir
Приветсвие
Навигация
Администрация
Новости
Нужные
Доска почета
Новости

13/02/2017 – Небольшое, но довольно важное обновление в FAQ форума. Подробнее по ссылке.

21/01/2017 – Разыскиваются игроки на роли Алистера и Бриалы. Освобождена роль Натаниэля Хоу.

15/01/2016 – Срочно разыскивается игрок на роль Флоры Хариманн для участия в запущенной сюжетной ветке.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dragon Age: A Story Being Told » СЮЖЕТНЫЕ ЭПИЗОДЫ » Panem et circenses. 9:42, Вольная Марка


Panem et circenses. 9:42, Вольная Марка

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://sf.uploads.ru/t/h07Fv.pngPANEM ET CIRCENSES
(Хлеба и зрелищ)

9:42 Века Дракона, 2 день месяца Солис
Вольная Марка, Киркволл, крепость Наместника

С момента побега Себастьяна миновало ровно две недели. Киркволльская знать, как и знать всей Марки, в большинстве своем возмущена произошедшим, а потому требует от Флоры немедленной встречи и подробного доклада о прогрессе охоты на опального старкхевенского Принца. В связи с этим большинство представителей вольных городов нахлынули в город и собрались в крепости Наместницы, ожидая ответов. И желательно таких, что их порадуют.
Беседа с ними — хождение по лезвию ножа, однако к счастью (или к сожалению) рука об руку с Наместницей стоит её муж, Горан Ваэль.

Игровой Мастер: Varric Tethras, Coltaine Heid
Участники: Flora Harimann, Elron Trevelyan, Goran Vael
NPC: Sir Daffodil, etc.

0

2

"В крепости Наместника давно не было так оживленно" - сказал бы человек, который в последний раз был в Киркволле где-то пять лет назад, когда случились печальные события, положившие начало Войне магов и храмовников, и был бы не прав. Оживление в месте, в котором сосредоточена вся власть Города Цепей, стало делом достаточно привычным, чуть ли не обыденным, и на то были свои причины. И еще бы их не было, когда сначала на город двигался принц Старкхэвена с армией, а затем здесь же решалась уже его судьба, но отнюдь не как победителя, нет, а как проигравшего, да с каким треском. А уж когда новая Наместница Киркволла сыграла свадьбу и почти тут же Себастьян Ваэль сбежал... Уж что тогда творилось в крепости, ух!
Такое обычному путнику, забредшему в город, даже и в голову прийти не могло, что уж тут говорить.

Но сегодня здесь было действительно оживленно, даже больше чем обычно. И, как бы не хотелось кому-то, повестка дня была всё той же, что и неделю, и две недели назад - поиски беглого преступника Себастьяна Ваэля. По крайней мере, именно под таким официальным лозунгом в Киркволл начали пребывать гости из других городов-государств, но для Наместницы было очевидно что за одним вопросом скрываются и другие, может быть, не столь глобальные, но также важные... Для самого Киркволла. Среди же гостей были представители чуть ли не всех городов Вольной Марки, и было бы проще узнать, кто не приехал в многострадальный город, чем пересчитывать прибывающих. Кто-то присылал своих подопечных, вручив им соответствующие бумаги с печатями, кто-то отсылал младших или старших сыновей, а кто-то, помня о том, насколько важными и разнообразными могут оказаться нынешние дебаты, прибыл лично. И каждый хотел урвать свой кусок.
Вопрос лишь в том, сумеет ли кто-то даже попробовать оторвать такой, казалось бы, "сладкий" кусочек.

Но были среди и тех, кто находился в крепости, иного вида люди - те, что предпочли бы не играть роли зевак, но и не пытаться вмешиваться в сложные отношения аристократии Марки. Те, что больше наблюдали, чем говорили... Или же пытались раздражать народ. Как, например, знаменитый сир Даффодил, прославленный бард и умелец перевернуть в своих песнях всё с ног на голову, либо высмеять ваши подвиги так, что вы этого даже не заметите. И пусть такие люди казались не самыми значительными, но иногда настает момент, когда именно их слово играет важную роль.
- Так... принц бежал быстрее лани,
Быстрей, чем заяц от орла...

Впрочем, пока сир Даффодил лишь перебирал струны на лютне, подбирая мелодию для очередного своего шедевра, попутно раздражая находящегося недалеко от него графа де Копьи...
- Бежал... бежал он... в страхе с поля брани,
Где желчь дворянская текла...

А люди все прибывали и прибывали.

+2

3

Внешний вид

Одежда: НАГЛЯДНО Полностью тёмно-синий из тонкой кожи плащ, который придает суровой фигуре мужчина некоторую утончённость и аристократизм, с укороченной накидкой. Светло-синий жилет, белая рубаха. На всем этом кожанный ремень с красным поясов. Темно-бежевые брюки, набедренные чёрные ремень на левой ноге, черные сапоги с металлическими вставками.
С собой: Нож на бедре, видимый клинок-"аксессуар" на поясе, и второй несколько подальше в тени плаща, в рукаве, что называется, спрятана маленькая склянка с ядом "на всякий случаи", как говориться.

- Господин Тревельян! Господин Тревельян!- орал под окнами какой-то парниша, которого едва ли можно было опознать ранним, туманным и очень сонным утром. У аристократа и так картина качалась перед глазами после вчерашнего, а тут еще нужно было узнавать людей издалека. Он распахнул окно, из которого будто бы вывалился дым и запах алкоголя, и высунулся из него по-дворянски небрежно, делая одолжение. Возмутителем спокойствия оказался молодой человек лет двадцати, в несколько помятой, но недешевой одежде, рядом с ним стоял уставший конь, да и сам он выглядел совершенно измотанным. Элрону лишь осталось махнуть рукой, выводя жест из серии "ну говори", хотя при важности вещей такие уличные разговоры были неразумны. Ему честно хотелось поскорее затвориться в своей комнате, пережить небольшое похмелье и заняться своими делами, а холодный утренний ветер (ведь светило только-только начало вставать) как назло дул в самую грудь.
- Принц... он... сбежал!- на последнем издыхании завопил парень. Даже со второго этажа было видно, как нотки рабского страха проступили на его измотанном лице, его охватывало то самое чувство слуги, который должен сообщать неприятные вести, он чувствовал себя отчасти виноватым в этих вещах, а потому как-то заранее извинялся за такие неудобства. Именно с этого начались самые беспокойные и, пожалуй, переломные деньки в жизни Тревельяна.
_________________
- Нет, отец, тебе совершенно не нужно туда ехать,- Эл очень грозно и холодно вышагивал по длинному коридору именья, разговаривая с отцом весьма строго, будто бы они поменялись ролями,- Я займусь этим, мои люди, а ты присмотри за делами тут, почитай документы, просто почитай. Займись наконец нашими делами, отдохни. Тебя это не к чему,- речь аристократа была хоть и холодна, но несколько беспокойна. Через несколько дней после известия он решил самолично ехать в Город Цепей, чтобы понять тот жуткий змеиный узел, что обвязывал всю Марку. За эти дни было написано столько писем, что несколько человек, которые занимались этим, сейчас лежали уставшие до смерти. Возможно, стоило не придавать такого большого значения побегу фанатика, но Элрон чуял, куда дует ветер этих интриг, поэтому не мог недооценивать ситуацию. Мужчина не был из тех, кто требовал казни, мести или чего-то еще, его устроило бы и простое свержение Ваэля, и его отправка на чудные Ферелденские пляжи, и что угодно. Когда в правителе разочаровывается народ, при самом выгодном положении ему будет практически невозможно восстановить власть. Но вся сложившая ситуация напоминали либо спланированное действие, либо шаг абсолютно нелогичный и фатальный.
Было велено седлать лошадей, домашним были розданы приказания о том, что делать нельзя, а что можно, причем сделано это было настолько спешно, что одна из служанок даже растерялась, не различив в речи хозяина ни единого слова. Лиран в это утро выглядела очень хмуро, её вечная солнечная и радостная атмосфера вдруг куда-то подевалась, и она часто обменивалась тревожными взглядами со своим "приятелем". Буквально через час два всадника поскакали в Киркволл, сопровождаемые лишь печальными взглядами домочадцев.
_______________
Элрон был здесь несколько раз, но сейчас желания оценивать прелести города не было. Лошади были подавлены, как и наездники, да и сам день будто бы усугублял все обстановку. Буквально после главных ворот Элрон с Лиран разделились, каждый знал свое дело и цель, что должна была быть достигнута. Нельзя было приехать сюда ради одного дела, поэтому Эл нехотя дал девушке ряд поручений, которые должны быть сделаны за пару дней. До этого момента ей было велено не показываться на его глаза, и вообще забыть, что они знакомы.
В эти деньки Тревельян много думал о грядущем, о том, что постепенно настает "тот самый момент", когда его великой фигуре придется затмить все остальные светила и встать у руля всей Марки. Все постепенно осознавали, что разрозненность городов ничем хорошим не грозит, и хоть Вольная Марка относительно процветала, любое неверное действие могло спровоцировать войну. Мелкие правители, сидящие в городах, имели страстишку подгадить ближнему, а так же они любили мечтать, как захватят соседей, утвердят везде свои порядки и стиль жизни. Все мечтали переделать страну, подстроить её под свою модель, но конкуренция, увы, была большая. Из-за желания объединить Марку фигура Флоры совершенно не нравилась аристократу. Не по-человечески, а чисто по-деловому.
Мужчина выхватил с собой очень молчаливого и невероятно неуклюжего парня, который формально должен был помогать ему на встрече. Он даже не успел толком поесть и отдохнуть с дороги, как направился в самый эпицентр событий. У крепости Наместника собралось столько людей, что каждый прибывавший невольно ощущал неловкость из-за того, что натолпил еще больше, чем было. Эл брезгливо закатил глаза, когда до его ушей донесся луг рачений и весь воздух наполнился ощущением толпы. В таких ситуациях даже сильные мира сего чувствовали себя несколько не очень, потому что здесь собралось столько откровенной  дряни, что требовала к себе внимания, что повод начинал казаться ужасно низким или нестоящим.
Элрон быстро и все также отстраненно-брезгливо отодвигал людей перед собой, чтобы найти людей наместницы. Ему было необходимо отыскать её человека, чтобы обозначить свой визит и переместиться в место более приятно. А больше всего раздражало то, что делать это приходилось самому, потому как этот идиот вел себя совершенно жутко незаинтересованно и смотрел вокруг себя настолько тупо, что хотелось его бросить где-то посреди пути.
- Месье, доложите Наместнице, что господин Тревельян прибыл с визитом,- сквозь зубы проскрипел он человеку, очевидно, работающему здесь. В этом балагане было сложно вычленять отдельных личностей, но кое-что было очень даже интересно. Какой-то мужчина начал играть на лютне и петь песни о случившемся. Получалось у него неплохо, но не настолько хорошо, чтобы слушать. Куда больше Эла заботило то, что его практически заставили сидеть в одном "сарае" с зеваками или глупцами, хотя он прибыл совершенно из других соображений. В его голове крутился рой мыслей и соображений, а подкрепить или отмести их можно было лишь посредством личной беседы с Флорой. Все чем-то облегчало то, что она была женщиной, ведь те скрывают свои истинные эмоции весьма скверно, хотя, если хоть половина соображений аристократа была верна, она провернула весьма интересную партию, которую, увы и ах, ему нужно было срочно покромсать на куски, сжечь и бросить куда подальше.

+2

4

Выглядит, инвентарь:

Внешний вид: черное одеяние под горло с чернеными железными вставками, имитирующими доспех, и высокими разрезами на юбке в пол. Образ дополнен распущенными волосами, струящимися крупными волнами-локонами из-под короны по плечам и спине. В ушах такие же черненые серьги острой треугольной формы с гравированным геометричным орнаментом. Пахнет свежим легким ароматом лимона и мяты.

С собой: спрятанный под юбками платья кинжал.

Оффтоп:

Описание недостающих вещей пусть будет на откуп моих дорогих согроков

После свадьбы Наместницы Киркволла и Принца Старкхевена прошло чуть больше двух недель, а людей в Киркволле становилось едва ли меньше. Казалось бы, давно стоило разъехаться по домам и личным делам своих государств, но у судьбы в спектакле была иная программка. Сначала гости остались на обещанную казнь Себастьяна Ваэля, а потом той самой казни и вовсе не состоялось. Бывший Принц Старкхевена, который был пленен и содержался в Киркволле под неусыпной охраной и бдением властей, устроил побег перед походом на эшафот к ожидающему его там палачу. И вспоминать было страшно сколько шума в городе наделал этот побег! Названный коварным и мстительным тираном, скорым на расправу, Себастьян действительно представлялся большой угрозой для тех, кого недавно собирался завоевать и для тех, кто желал ему зла. И все потому что несложно было предугадать, что рано или поздно старкхевенский беглец соберется с мыслями и сделает что-нибудь очень-очень неприятное. Пожалуй, в этом были уверены все, потому что беглый Ваэль был человеком не из тех, кто примет удар по лицу и подставит другую щеку, просто так это спустив всем, кто разрушил его жизнь. В первую очередь тем, на кого он надеялся и кто предал. И словно бы ответом на это вот молчаливое умозаключение, уже вторую неделю Флора Хариманн не покидала Крепость наместника, выглядела бледной, и, казалось, действительно искренне опасается за свою жизнь...

***

...Итак, что же было известно и что творилось в городе после побега преступника? Все повздыхали и успокоились. По крайней мере, на первое время. Конечно же Флора Хариманн первым делом стала искать виноватых, организовав расследования и требуя немедленных результатов. Остальные силы были брошены на то, чтобы перекрыть любые пути к отступлению и возможности покинуть город, а зачем прочесывали и переворачивали каждый камешек в Городе Цепей, где можно было и нельзя найти беглеца с его приспешниками. Побег Ваэля был исключительно дерзким и подготовленным. Разъяренная и обреченная, как искренне казалось, Наместница как бешеная оса искала виноватых. Сразу под раздачу «благодарностей» от Наместницы попала капитан стражи Авелин, которую отправили под «домашний арест» и отстранили от должности до выяснения обстоятельств, а так же все стражники, которые могли быть причастны к сложившейся ситуации – караулившие той ночью и сменявшие караул. Ситуация была достаточно серьезной и Флора не мелочилась, от того ее сложно было упрекнуть в ничегонеделании напрямую. Другое дело, что Себастьяна все еще не нашли, как не могли бы сказать покинул он город или нет. Естественным образом у стражи упал ее боевой дух, в связи со сложной ситуацией Авелин, которая была известна своей честностью т в которую многие верили до сих пор, несмотря на то, что не в пример ей Бетани Хоук, которую в городе тоже очень любили, показала совершенно обратное лицо, исчезнув с беглым Ваэлем. Киркволл вначале вскипел, но после успокоился. Кажущаяся безнаказанность, в связи с отсутствием на ее месте Авелин, не была для подпольного мира беззакония таковой на самом деле, потому что временную замену ей все-таки нашли, к тому же в Киркволле до сих пор присутствовали войска Старкхевена, но уже как союзные и дружественные городу. Флора в вопросы безопасности и общественного волнения отчасти вовлекла своего новоиспеченного мужа, что было вполне оправданным, в виду намерения воспользоваться в очередной раз той самой армией, на выведение коей из Города Цепей все еще нужны были средства и время. Здесь же эти люди были заняты хоть чем-то полезным. Флора же занималась расследованием обстоятельств побега, организовав из способных людей небольшую группу, с которой требовала результатов.
Сразу же после побега стали известны имена тех, кто бежал с пленником. Первой соучастницей оказалась магесса Бетани Хоук, от которой, как уже упоминалось, сложно было подобное ожидать. Она бросила на произвол судьбы тех, о ком заботилась – оставшихся в городе лояльных магов, не готовых присоединиться к мятежникам по всему Тедасу. Магесса уже какое-то время высказывала, что не согласна с казнью и некоторыми вещами, что делала Флора, но никогда не напрямую, лишь среди своих. И вот, судя по всему, эти сомнения вылились в некий жест отчаяния, которым можно было оправдывать как угодно, но меньшим преступлением он от того не становился. Удивительны ли после этого были подозрения, павшие на Авелин? Мало того, что Капитан стражи не справилась с ситуацией и упустила Себастьяна, так она еще и была тесно знакома с ним и с Бетани. А если она тоже соучаствовала? Как-то же ее охрану смогли обойти.
Второй, не менее вероломной в своей измене, была прислужница Флоры, которую она с несколькими лицами устроила во дворце, доверяя им. Беглая девица накануне ссорилась с одним из стражей, и из разговора этого было понятно, что она была недовольна тем, как Наместница распорядилась ее судьбой. Мол не за тем, чтобы мести полы, она была с ней и выполняла ее волю и деликатные просьбы годами, и если у Флоры такую большую роль играют острые уши, то пусть она катится под хвост дракону. Очевидно, Даралис не считала работу прислуги чем-то достойным себя, и, если откровенно, это было действительно так. К концу первой недели выделенные для розыска поисковики нашли свидетелей и установили, что и магесса и служанка, у которых было мало общего, периодически о чем-то толковали, вполне имея возможность договориться. Ее брата, которого Флора устраивала вместе с девушкой, допрашивали с особым пристрастием и разжаловали моментально, но ничего так до сих пор и не узнали.
К концу второй недели Флора Хариманн все таки вернула на ее прежнее место Авелин, так и не найдя доказательств причастности к происходящему. И вот тогда уже стало полегче...

***

Пока сборище людей внизу собиралось и галдело, Флора Хариманн предавалась утреннему возлиянию и попыталась хоть что-нибудь поесть. Пожалуй, это было на почве общей нервозности. Наместница отказывалась от еды, раздираемая своими думами и опасениями, переживая за то, как же все сложится дальше. Ей казалось, что каждый шаг не верен и она сейчас просто тычет пальцем в небо, изображая бурную деятельность. И вот, прошло две недели. Ни днем ни ночью к ней не прибегал никто с радостным известием, что Себастьяна выследили и поймали. Флора нервничала, и это было заметно, особенно наедине с ней, когда она много молчала, думала и смотрела впереди себя, изредка подливая в кубок вина. Примерно так и проходило ее нынешнее утро в компании мужа. Она смотрела в окно, на  хмурое небо, полностью отражавшее настроение женщины.
- Мы сидим здесь, ищем его… а если его в городе уже нет? – Вслух спросила она то ли у мужа, то ли у стен и самой себя. – Возможно, стоит начать искать его где-то за пределами Киркволла.
Флора сделала еще один большой глоток, затем опустила кубок на стол, около которого сидела на стуле, закинув ногу на ногу, после чего сцепила пальцы в замок и положила руки на живот, продолжая погружаться в свои мрачные думы. Взглядом она даже не поймала взгляд мужчины, который участвовал в этом неспешно-меланхолическом разговоре тоже.
Флора хотела было спросить что-то еще, но в дверь постучали и в комнату вошел слуга. Тот самый, которому приказано было доложить Наместнице о прибывших гостях. Слуга сделал все, как полагается, но выглядел едва ли не виноватым. В последнее время, Флора была мрачна и инцидент с беглой служкой, на примере стражников, все еще находившихся под арестом, мог бы перерости во что-то похожее для остальных. По крайней мере, видя настроение Наместницы, с ней осторожничали более обычного.
«Хм. Вот уж кого мне точно не хватало, так это Тревельяна на пороге». – Подумала она.
Флора жестом отпустила слугу, так ничего и не пояснив.
Было похоже на то, что время собирать камни наступило. Оно было неминуемо и это, в сущности короткое известие о жаждущем ее внимания и явившемся на порог Тревельяне, отозвалось в действиях Наместницы явным напряжением. Она поднялась на ноги, спустя несколько мгновений, после того, как за слугой закрылась дверь, свела руки за спиной, окинула взглядом Горана Ваэля.
- Ты останешься здесь или составишь мне компанию? Посмотрим, чего хочет Оствик. Впрочем, и я и ты уже знаем наверняка о ком пойдет речь.
Флора не была взвинченной, скорее наоборот, еще больше похолодела внешне. Нацепила то уверенно бесстрастное лицо, какое надлежит носить правителю, и не стала оттягивать неизбежное.

***

Гости прибывали и прибывали. Все чего-то хотели и, разумеется от нее. В какой-то степени беседа с кем-то с глазу на глаз была даже предпочтительнее. Флора не появилась сама, но послала одного из слуг за рвущемся на аудиенцию гостем. Оствик был довольно значимой фигурой, а потому уважить его и ответить шагом навстречу, вперед остальных, было бы как хорошим началом, так и неплохой подготовкой к чему-то более масштабному.
- Идемте, Наместница готова вас принять. – Поклонился господину Тревельяну подоспевший слуга. Уже другой, не тот, которого он посылал. Но была ли разница?
Слуга пригласил гостя следовать за ним и уводил прочь из общей залы, в коридоры Крепости, где остановился у одной из многочисленных дверей, вошел в нее, представил гостя и удалился по повелению госпожи.
Комнатка была небольшая, но светлая и хорошо обставленная. Наместница уже ждала там, являясь на фоне убранства черным пятном. Впрочем, пятном царственным, красивым и молодым. Леди Хариманн сидела за столом, пусть и не устланному бумагами, но явно для делового времяпровождения предназначавшегося.
- Я рада вас видеть, пусть повод для этого визита и безрадостен. – Спокойно промолвила она, уже не напоминая ту задумчивую особу, которой была с утра. Удивительно наверное было наблюдать то, сколько у нее масок в рукаве, находясь рядом и зная ее чуть ближе. – Мне показалось, что тихое место, вроде этого, лучше подойдет для нашего разговора.
Она посмотрела в глаза мужчине, положив подбородок на подставленные ладони. Руки локтями уперлись в резную столешницу.
- Присаживайтесь. В ногах правды нет. – Пригласила она, имея в виду кресло напротив себя.
Флора улыбнулась, сделав свое предложение, при том довольно приятно надо сказать. Никаких волнений от нее не исходило, несмотря на то, что в зале собралось довольно много народу, который хотел ее ответов.
- Правда, времени на личную встречу у нас не так много, как хотелось бы вам уделить. – Последнее уточнение было формальным возвращением к самой обыкновенной данности.

+3

5

Внешний вид

Внешний вид: Одет "по-домашнему", черные брюки, в тон начищенные сапоги, белоснежная рубаха и накинутый поверх черный жилет. Выглядит бодрым, собранным. Причесан, гладко выбрит.
Инвентарь: На поясе - перевязь с мечом, за голенищем правого сапога кинжал. Перстень с гербом Ваэлей.

В конце концов, он знал, что просто не будет.
С приезда Принца в Киркволл прошло немногим более двух недель, но они уже успели попортить изрядное количество нервов старшему Ваэлю. Знакомство с леди Хариманн слишком быстро (хотя этого требовало непростое время) перетекло в свадьбу-на-скорую-руку, а вслед за этим пришла и необходимость восстановить город супруги. Вместо приятных часов подготовки к свадьбе, а после и на супружеском ложе, Горан вынужден был закапываться в доклады советника и старших офицеров, с неподдельным отчаянием подсчитывая убытки, нанесенные Старкхевенской казне авантюрой Себастьяна. Мало того, что его отважная армия ежедневно проедала кругленькую сумму, так еще и бродила недовольством от долгого простоя. Очень кстати оказалась просьба Флоры «одолжить» ей солдат, дабы те помогали восстанавливать город (отчего-то Горан не сомневался, его согласие было для Наместницы лишь формальностью), занимаясь не требующей особого ума работой: разгребали завалы, разбирали разрушенные здания, особо недовольные даже мели улицы под надзором крайне довольных собой офицеров. О возвращении людей в родной город, Принц старался не думать, от суммы соответствующих затрат предчувствуя новую седину в волосах. Однако это было бы куда более предпочтительно, нежели то веселье, что ждало город Цепей вскоре после церемонии бракосочетания.
«Как этот наглый мальчишка умудрился сбежать? Проклятье, что сейчас начнется…»
Нет, видимо, не суждено было Ваэлю наслаждаться близостью супруги, ибо весть о побеге кузена едва ли не в тот же миг выгнала Горана сначала в казематы, вслед за «обрадованной» Флорой, а после и на улицу. Лениво, но все-таки подчиняясь приказам и, в некоторых случаях, пинкам встревоженного Принца, офицеры формировали небольшие мобильные отряды, направляемые на прочесывание города, дабы изловить беглеца.
- Прочешите мне каждую пядь, переверните каждый камень, но Себастьяна найдите, - он уже не кричал, не видел в этом смысла. Вместе с мыслью о гуляющем на свободе ненавистном родственнике пришло и удивительное спокойствие, разбавляемое лишь решимостью исправить сложившуюся несправедливость и наказать кузена. Тот попросту не заслуживал жизни, но существуя, лишь подвергал угрозе жизни людей, населявших Вольную Марку. – Себастьян опасен именно тем, что не сдержан, вспыльчив и, задавшись целью, не задумывается о последствиях, что повлечет за собой следование за оной. Именно поэтому мы должны найти его, а после – поставить точку на самом существовании беглеца, дабы тот не смог более сеять хаос, смерть и разрушения.
Горан, отправляя солдат на поиски, сам не сидел без дела. Старкхевенского Принца все чаще видели в расположении его войска, расквартированного под стенами Киркволла, лично расставляющего часовых по периметру города Цепей, да устраивавшего неожиданные проверки постовым у всех известных Горану выездов из города.
- Проверять каждого покидающего город, не оставлять без досмотра личные вещи, телеги, повозки, даже тюки сена и тканей. Из Киркволла и мышь не должна выскользнуть, не то, что человек.
Часы безрезультатных поисков неуклонно бежали, сменяясь днями. Весть о побеге Себастьяна разнеслась едва ли не по всей Марке и, судя по напряжению Наместницы, им просто необходимо было ждать беды.

***

Она опять пила, чем вызывала у Ваэля легкое раздражение вкупе с жалостью. Изредка бросая на Флору встревоженный взгляд, Горан размышлял над тем, сколько подобных дней, отданных тревоге, алкоголю и воздержанию от пищи, выдержит его супруга, прежде чем схлопочет не только нервное, но и физическое истощение. А коли оно будет приправлено срывом – и вовсе быть беде.
- Себастьяну, чтоб ускользнуть из города, нужно было научиться проходить сквозь стены, либо же летать подобно птице. Мои солдаты тщательно проверяют каждого, кто покидает город, Киркволл фактически на осадном положении и даже мышь не просочится мимо моих часовых. Патрули не сидят без дела, уже по которому разу шерстя улицы и проулки твоего города. Воистину, либо мой кузен настоящий чудотворец, сумевший стать невидимкой, коли до сих пор не попался страже, либо он успел ускользнуть еще до того, как всем стало известно о побеге.
Ваэль скривился, словно у него заныли разом все зубы, и откинулся на спинку кресла, закинув ноги на стоявший неподалеку табурет.
- Искать Себастьяна за городскими стенами нужно было еще давно, но вот где? Вся Марка в твоем распоряжении, вот только нужно быть либо особо удачливым, либо обладать сверхъестественными способностями, чтоб найти паршивца, умудрившегося буквально испариться. Тем более, ты же сама сказала, что ему помогает чародейка… Проклятье, Флора, да поешь ты хоть немного, - взорвался мужчина, провожая сердитым взглядом её кубок, уже судя по всему полупустой. – Еще пара дней и тебя ветром сносить будет, и что тогда мне прикажешь делать?
Гневная тирада, на которую Старкхевенский Принц, впрочем, не возлагал особых надежд, была нагло прервана в самом начале вошедшим в комнату слугой, принесшим вести, от которых захотелось попросту взвыть.
«Ну вот, явился гордый птах, нервы трепать. Хуже будет только возвращение кузена с армией фанатиков…»
Горан, чертыхаясь мысленно, все-таки не мог не удивиться тому преображению, что происходило с Флорой. Наместница города Цепей, еще недавно подавленная случившимся, вновь превращалась в сильную, властную женщину, какую и должны были видеть восседающей на троне Киркволла.
- Ты правда думаешь, что я пропущу столь редкостный шанс лично лицезреть господина Тревельяна? – он не скрывал сарказма, поднимаясь с кресла и накидывая поверх рубахи черный жилет. – Кроме того, я чувствую необходимость проследить, чтоб он соблюдал нормы приличия, находясь в твоем присутствии, и особо не наглел.
С этими словами, Ваэль потянулся за перевязью, на которую привычным движением закрепил ножны. Он не считал меч чем-то лишним даже на переговорах или дипломатических встречах, особенно в столь неспокойное время.
- Я готов, идем.

***

За две недели, прошедшие с побега Себастьяна, Горан выучил расположение едва ли не всех улиц и проулков Киркволла, но свободно ориентироваться в коридорах крепости Наместника так и не мог, а потому и следовал за женой неотрывно, черно-белой хмурой тенью готовый спугнуть любого, кто вздумает отвлечь его супругу от важного дела. Короткий забег, а иначе стремительное передвижение Флоры трудно было назвать, закончился в небольшой комнатке, идеально подходящей для встречи с глазу на глаз. Наместница предсказуемо скользнула за стол, Горан же замер за её правым плечом, не намеренный принимать активного участия в разговоре, а желающий послужить лишь сдерживающим норов гостя фактором. Иначе говоря – хмуриться и, при необходимости, пару раз стукнуть кулаком по столу.
Он встретил Тревельяна лишь сухим кивком и полностью обратился в слух.

+2

6

Покинутый слугой, он остался стоять на своем месте, немного нервно и устало окидывая окрестности тяжелым взглядом, снова поражаясь публике, которая собралась здесь. На расстоянии нескольких метров не было ни одного приличного лица, лишь куча маленьких и бегающих глазенок, которые принадлежали еще более  взвинченным и слишком перевозбуждённым людям. Они толкались, галдели, каждый с другим, и другой со всеми . Было сложно предположить, что здесь искали сухие старички, кроме смерти из-за давки, и юнцы, последние, к слову, выглядели так, словно просто пришли покрасоваться и показать, какие они политически заинтересованные персоны. Были тут и "светские львицы", которые рассеяно оборачивались и обменивались последними сплетнями о беглом принце. Что сказать, это место было самым настоящим корнем всех баек, и некоторые пришли сюда лишь для обмена информацией и обновления своей базы данных на самую свежую.
Будет, конечно, преувеличением сказать, что у крепости собрался один сброд, тут были некоторые серьёзные лица, которые, подобно Элрону, спокойно стояли одни, с приятелями или людьми и с серьезными выражениями обсуждали вещи достаточно серьёзные. Но сегодня у дворянина и новоявленного посла тэйрна Оствика. Эта должность по-настоящему грела душу, потому что предоставляла некоторые новые возможности и цели, ведь теперь в руках их семьи сосредоточилась вся жизнь города. Отец еще устроил неплохое пиршество по этому поводу, пригласив лишь самых ближайших друзей, хотя некоторые уважаемые люди самолично прислали свои поздравления Тревельяну старшему, который успешнейшим образом занял место главы города. Это был замечательный знак для его старшего сына и несколько плачевный факт для их конкурентов.

Достаточно скоро подбежал новый слуга, и думать, почему старый не мог заняться этим, не хотелось. Под град любопытных взглядом мужчина проследовал в крепость, поддерживая весьма величественный вид, чтобы показать общественности их место. Сама крепость радовала своим убранством, пусть и не самым изысканным и дорогим, но приятным и предрасполагающим к работе. То есть сам её внешний вид, не самый притягательный, никак не сказывался на внутреннем содержании; хотя Эл уже бывал тут несколько раз, но входил как первый, ведь властвовал в Киркволле уже новый, пусть и не совсем устраивающих его, наместник.
Комната оказалась под стать Флоре, восседавшей за столом, очень милая, свежая и открытая, хотя все это было сложно сказать, глядя на наместницу, но мало ли какие ассоциации и мысли приходят людям в голову. Тем более аристократ был уверен, что в свои годы, не обремененная властью госпожа Хариманн была замечательнейшей и обворожительной девушкой. Но сейчас на ней явно сказывалась та ответственность, что легла на её плечи, да и влияние семьи, которая закончила не лучшим образом (пусть тут Элрон еще не успел покопаться как следует). Её глаза, как и подобает правителю, были абсолютно непроницаемы для любопытствующих, но, несмотря на это, Тревельян понимал, что нести груз отчужденности и холодности даме будет сложно, они ведь по природе своей более чувственны, да и едва ли из неё с детства выбывали все эмоции, о чем говорят некоторые поступки женщины.
- Господа,- Эл легко кивнул при входе, убив одним словом двух зайцев, оставив необходимость приветствовать всех поименно. Он быстро окинул своим несколько лисьим взглядов молодоженов и прошел к столу. Если Флоре не могла не радовать глаз любого джентльмена, то вот её муж был не самым приятным зрелищем. Сразу чувствовалось, что человек он не политизированный, прямой и по-военному жесткий, а потому занял себе самое подходящее место. Было бы приятно, если бы и делами Старкхевена теперь занималась наместница, потому что так было бы проще вести дела.
Он присел, чуть резко, но по обыкновению холодно, не оставляя никаких сентиментальностей даже в своих движениях. Элрон вообще сейчас как никогда ранее источал уверенность и типично дворянскую гордость, к которой примешалось подкормленное должностью отца честолюбие. Мужчина был, скажем честно, не самым любимым собеседником знати на важных мероприятиях, ибо его считали для этого слишком скользким и изворотливым, именно поэтому то, что происходило в Оствике, оставалось в Оствике всегда.
- Да, госпожа наместница,- начал аристократ медленно и размерено, глядя на Флору прямо глаза в глаза, пронизывая её, можно сказать взглядом. Нужно было понять, имеет ли она хоть малейшее отношение к побегу одного из Ваэлей, потому что невозможно было представить, как такое дело могла провернуть одна бедная магнесса, даже если ей кто-то там помогал. Женское сердце не может быть столь холодно и жестоко, чтобы не помочь старому другу, которого сама дама предала. Испытывала ли она вину за содеянное? Был ли это только дружеский жесть, чтобы хоть как-то реанимировать свою запятнанную душу или же все это один из ходов длинной и опасной политической игры?- Я, как вы знаете, теперь представляю интересы всего города, и правительство Оствика, как и политическая элита, весьма обеспокоенно тем, что уже две недели нет никаких зацепок касательно беглого Себастьяна Ваэля. То есть никаких точных имен, кроме достаточно сомнительных, примерных маршрутов. Вам не кажется, что наш бывший принц покинул Киркволл уже давно?- потому что я знаю, что вы долгое время искали только тут. Не случайно ведь, давала ему время уйти подальше?- И пугает тот факт, что он скрылся в неизвестном направлении. Это значит, что он может как начать мстить заговорщикам, так и продолжать бессмысленную резню, а может и вовсе захватит свой город снова, ведь всё ваше войско, уважаемый принц, как я понимаю, здесь?- он задал вопрос с немного насмешливой в рамках приличия интонацией, медленно переведя взгляд на безмолвного мужчину. Факт того, что многострадальный Старкхевен остался без хорошей охраны был странный. Во-первых, на него сейчас было просто напасть, а во-вторых, не было ли это хорошей возможностью для беглеца вернуться в родные стены и начать собирать вокруг себя людей, либо залечь на дно у хороших друзей. Очень много непонятных фактов и белых пятен в этой истории, поэтому Элрон старался выглядеть как можно более холодным и неприятным в плане вопросов. Весь его вид давал понять, что это происшествие вызывает у него много вопросов, и многие из них адресованы Флоре не только из-за её новой должности.

Отредактировано Elron Trevelyan (2016-12-30 22:23:18)

+1


Вы здесь » Dragon Age: A Story Being Told » СЮЖЕТНЫЕ ЭПИЗОДЫ » Panem et circenses. 9:42, Вольная Марка